Это правильно. Вывести из-под удара людей.
А не прикрываться ими.
Это будет одним из самых больших отличий между НАМИ и НИМИ.
Нужно учиться жесткости и держаться в стороне от жестокости. Не звереть. Потому что звереть — это необратимо. И с этой озверелостью озверевшим жить до конца — мучиться самим, мучить близких, и всё общество.
Z — забота.
Мужчина — это, конечно, расходный материал эволюции. Но ресурс конечный.
Выкристализовывается образ былинных богатырей. Современный его лад, конечно, интересен. И Джамбо там, и ЗК, и кувалда. Но факт остается фактом, а соответствие соответствием. Архетип проявляется. Их не много, они сильны именно в прямом честном рубилове. То, что в западном образе войны избегается до последнего — для них фишка.
Нет ничего лучше собственного опыта — особенно в формировании мнения по очень острым вопросам.
Случаются знаковые моменты, суть и значение которых сразу сложно оценить полновесно. И только с течением времени это происходит.
Это же реконструкция духовности, возникновение новой квазирелигиозной сущности. Того гляди, и обряды изменятся на что-то не очень приличное. Был же Калигула, были сексуальные культы и так далее. Регресс традиции — регресс морали.
Российские военкоры, к коим я имею честь относить и себя — это эффективное оружие нашего государства и общества в инфомационно-ментальной войне.
То, что мы показываем миру — те самые отмороженные кадры, снятые с риском для жизни, пробивает все фильтры в медиа наших врагов. Они разлетаются раньше, чем их успевают зажать модерацией западных соцсетей и видеохостингов.
Так беда Украины в его настоящей сути становится видна миру. И это большая проблема для нашего противника. Поэтому он охотится на нас всеми способами.
Сила в ПРАВДЕ. Но эту правду надо уметь донести.
Уверен, что опыт этого
конфликта еще будет оценен по достоинству.
Я продолжаю быть здесь, имея выбор.
Мы живем в такое время, когда многое из того, что считалось конспирологией, обретает реальные очертания.
PR превыше всего — актерская профдеформация Зеленского оборачивается для Украины потоками крови.
Свобода — не всегда дорогая пыль, которую тебе 10 лет сыплют в глаза через масс-медиа, интертеймент вроде «Слуги народа», образование и воспитание.
Свобода — это не война с «орками», на которую тебя натаскивали по последнему писку Пентагона.
Свобода — это не сожжение драккара в День Мертвых.
Свобода — это когда твоя страна принадлежит себе. Когда страна не раскалывается в споре, к какому курсу примкнуть, а идет собственным. Когда страна осознает свою ответственность за общий контур безопасности с очень большим соседом по очень длинной общей границе, с глубокой этно-культурной общностью, историей, опытом конфликтов. Когда страна не тащит к порогу соседа тех самых хищников, которые уже сожрали полмира.
Нам нужна новая этика, товарищи. В ее основе должны лежать две фундаментальные в моём понимании вещи:
ДОСТОИНСТВО и ЯСНОСТЬ
Именно этика, а не эфемерная «идеология».
Этот исторический виток — сито, через которое пройдут все.
Сексуальные девиации — прямой путь в разрушенные семьи.
Русский бунт еще скажет свое слово в мировой культуре, именно в бунтарской ее компоненте. Потому что свежестью новой эпохи ТУДА тянет именно ОТСЮДА. И в этой свежести будет почерпнуто много вдохновения.
Мы военные журналисты. Это выбор каждого из нас — работать на передовой. Мы все осознаем риски. Мы ничем не лучше и не хуже солдат, которые держат рубежи. Не надо носиться с нами, как с сахарными. Мы в определенном смысле такие же солдаты, но со своим «оружием».
Чем неприятен спящий медведь? Тем, что можно принять его за мертвого, начать делить шкуру. И разбудить.
Мотор русской цивилизации, который прямо сейчас заводится с исторического толкача будет набирать обороты несколько ближайших десятилетий. Потом снова начнет постепенно остывать, таков уж наш менталитет.
А война — это на девяносто процентов окопы. И только на десять пиу-пиу-романтика.
Так бывает, что прямо говорить какие-то вещи можно только через время. Когда ограничивающий прямоту фактор исчезает. И близко время, когда и более глубокие смыслы станут ясными для нас.
Мир меняется на глазах. Мир пошел к ясности с момента, когда мы выбрали достоинство.
Мы сейчас живем в период новой гласности, которую родил телеграмм и интернет вцелом.
В моей стране происходят очень важные вещи. В период, когда мир лихорадит серьезное переустройство, она как Жар-птица, восстает из пепла безвременья.
Авдеевка — как занесенная над головой дубина все эти годы. Убрать ее вслед за Марьинкой — это действительно облегчение.
Дети — это то, что делает жизнь интересной и осмысленной.
Я и мы все стали вовлеченными в политику. И это есть рост гражданского сознания. Здоровый рост — построенный на переживании о грядущем. А не на манипуляциях, вроде выманивания школоты через соцсети на площади бунтовать (Йоланда, как сама?).
Сложная, динамичная реальность вывела нас из дремы.
Но мы не Запад и не Восток. Мы настолько огромны и значительны все вместе, что можем себе позволить быть вне парадигмы выбора пути. Мы — середина мира, а не рубеж, его разделяющий на две цивилизационные части.
Вспомнился Нильс и его волшебная дудочка. Чарующие речами грэмы, джонсоны и нуланды… ведут целый народ в пучину.
Надо понимать, что быть единственными, кто запрещен — это реальный престиж. И западные медиа-повадки устроены так, что не могут на это не отреагировать мемами, которые навсегда войдут в историю. Все русское уже становится символом сопротивления здорового человеческого мировоззрения ультралиберальному безумию. Потому вопить, как вопят хохлы про то, что нас обидели, топать ножкой и т. д. — это инфантильно и не интересно. А вот развернуть смекалистую инфо кампанию про «не бросайте нас в терновый куст», про то, что мы свой флаг не особо то и хотим ставить рядом с радужной кашей — это куда веселее. Любую истерику наших оппонентов можно на здоровой иронии обратить в свою выгоду.
Мы претендуем на главенство в мировом сопротивлении нормальных ценностей, этики глобалистскому трансгуманизму. И правильное, яркое заявление этого факта — штука важная. Олимпиада — лучшая для этого трибуна.
Человеку с достоинством взаимодействовать с фекалиями в голову не придет.
То, что я вижу сегодня в нашей телеге, в истории права — самых разных периодов и культур — называется принципом талиона. От кодекса Хамурапи, еврейского права римских 12-ти таблиц до нашего Соборного уложения. «Око за око» — старая как мир схема восстановления справедливости. Примитивно-беспощадная. Забытая. Мы раскопали ее сегодня. Мучения мучителей доставляют нам то, чем мы пытаемся заменить чувство восстановления справедливости, вернуть ощущение безопасности. Талион — штука не простая. С одной стороны он возвращает нас в парадигму простого понятного возмездия. С другой — это очередной ящик пандоры. Мне не жаль этих ублюдков от слова совсем. Ни тел их, ни душ. Но нам нужно сохранять достоинство. Это наша уникальная в текущем моменте черта. Быть подобными врагу не стоит. Можно ликвидировать. Но без глумления. Методично. И спокойно. Как вырезать опухоль. Первый раз я вижу в нас такую волну животной коллективной ненависти. Она глубоко мотивирована. Давайте запомним, как она ощущается. И больше не будем к ней возвращаться.
Мы — русские, с нами Бог.
Мы в сильной позиции сейчас. И об этом трубит вся западная пресса. Щебечут соловьями. А мы заслушиваемся.
Ну как бы жизнь дарит сюжеты, с которыми сценаристам сложно конкурировать.